Чья победа?

Второго декабря в Российской Федерации состоялись общенациональные выборы в нижнюю палату парламента - Государственную думу. Здесь мы публикуем свои декабрьские тезисы о том, что собой представляют эти выборы и что они значат для русской политической системы с нашей точки зрения, а также комментарии наших экспертов и постоянных авторов к предварительным итогам голосования (так называемым exit polls).

Второго декабря народ суверенного государства Российская Федерация самостоятельно решает вопрос о власти. Народ реализует свое право на выбор - важнейшее завоевание демократической революции.

Второго декабря идеологическое конструирование реальности начинает впервые по-настоящему влиять на жизнь демократического общества. Открытие большого будущего страны осуществляется миллионами голосов простых людей на избирательных участках. Итоги голосования второго декабря на многие годы определят конфигурацию государственной власти в России, очертив контуры будущего страны и народа. Второе декабря - первый день будущего, в котором жить.

Второго декабря сдаются в утиль ложное охранительство и страх: охранительство, когда-то необходимое для удержания завоеваний революции, и страх перед врагами, которые могут отнять у нас наше будущее. Преемственность больше не означает лишь стабильность, а открытие будущего дороже дешевой мещанской "уверенности в завтрашнем дне".

Второго декабря стартует секундомер, отсчитывающий последнее время целого политического поколения, поколения страха перед будущим и трепета перед прошлым. Наступает время новых людей, не боящихся однажды "проснуться в другой стране".

Второго декабря в масштабах целой страны проходят проверку политические институты суверенного государства - демократической России, в которых опредметилось самосознание народа. Новая русская демократия испытывается на прочность образом открывающегося будущего.

Второго декабря в России меняется законодательная власть, чтобы сделать возможной преемственность в изменении власти исполнительной. Те, кто уповал найти в России дефицит демократии, будут разочарованы. Третьего срока и "преемников" - нет. Мартовские выборы впервые за многие годы будут открытыми и демократическими.

Второе декабря - день триумфа российской государственности, сумевшей справиться с наиболее агрессивными внешними и внутренними политическими противниками, преодолеть давление и впервые открыто и громко заявить о праве самим, а не под диктовку писать собственную историю.

Уже второго декабря лишь только открытое и обозначенное в контурах на горизонте будущее начнет наполняться содержанием реальной политики.

Редакция "Русского журнала"

Философия выбора

Вячеслав Данилов, редактор отдела политики "Русского журнала"

Итак, трехмесячный осенний "чемпионат" России по политике, если использовать спортивную метафору, завершен. Партийная "премьер-лига" нынче будет состоять из четырех команд: ЕР, КПРФ, СР и ЛДПР.

Для начала о посещаемости (а она побила рекорды и достигла почти половины от вместимости "арены"). Значит, наша политика предлагает качественный медийный продукт, коль стольких он не оставил равнодушными. И хотя "на глазок" публики вроде бы видно меньше - тут и там зияют пустотами целые сектора - официальная статистика вам докажет, что "все уплочено"...

На пьедестал почета взобрались:

1-е место: "Единая Россия" (62,3% - все данные по результатам опросов на выходе из избирательных участков, ФОМ). ЕР получила свой законный процент. Фактически она будет контролировать 5-ю Думу, которая действительно будет "полуторапартийной" по сути, хотя и четырехпартийной по форме. Правда, это только если она сама вдруг не расколется на "фракции", впрочем, это тема для другой статьи, по политической "алхимии" Кремля. В голосовании здесь важна еще и другая составляющая, а именно в каких регионах и сколько ЕР нахватала. От этого, как ни парадоксально, зависят, как кажется, не связанные друг с другом вещи: легитимность выборов и судьбы местных элит. Если выяснится, что в индустриальных и образовательных центрах доля проголосовавших за ЕР мала, что отнюдь не исключено, это означает, что результаты выборов будут иметь низкую легитимность в креативной среде и в среде подрастающего поколения, наличных или будущих медиаторов политического поля. Низкий процент ЕР в этом сегменте будет означать, что в этой конфигурации законодательной власти наиболее здоровая и политически активная часть общества себя не узнает. И фактор популярности Путина уже не может этого компенсировать.

2-е место: КПРФ (11,8%). Перед КПРФ не стояло задачи "или сейчас, или никогда". Партия провела кампанию очень здорово, прежде всего благодаря тому, что ей впервые за долгие годы не только не мешали (жалобы "на нечестное судейство" от КПРФ были), но ей также удалось выбраться вовне из своего электорального гетто, состоящего из пенсионеров и соскучившихся по Сталину. Тут даже сам Дядюшка Зю как-то помолодел - чего стоил хотя бы тот сочинский скандал с порнушкой! В связи с этим процент, который получили коммунисты, немного удивляет. Могли бы наверняка и побольше схватить. Но, похоже, традиционный электорат КПРФ все-таки верит в Путина, как в Сталина, да и триста рублей прибавки к пенсии не лишние.

3-е место: ЛДПР (8,4%). Вероятно, это будет последняя Дума с ЛДПР. Основной вопрос сейчас - куда девать Жириновского? Вакантное место спецпредставителя при НАТО занято, а еще мест, где мог бы пригодиться риторический талант того, кто больше всех не врет и больше всех не боится, лично я не замечаю. Впрочем, может, Жириновского сделать главным сенатором? Или учредить статус, пост или титул вице-лидера нации?

4-е место: СР (8,3%). Показатель в 8,3% говорит о том, что тех, кто не готов голосовать ни за "большевиков" (в данном случае ЕР как партия устойчивого национального большинства), ни за коммунистов, нашлось достаточно, чтобы СР выиграла специальный приз "за волю к победе" - уступая в счете, команда собралась и отыгралась.

Интересной оказалась схватка в подвале турнирной таблицы, где идет борьба за то, чтобы остаться в политике. Здесь свой "чемпионат карликов", то есть политическая "первая лига", со своей интригой: 3% - это гарантированное госфинансирование в политическое межсезонье. Просто чудеса творит АПР, находясь на пороге 3-процентного барьера. Говорят, это проголосовало-таки "вымирающее" село. Полагаю, просто "скауты" из КПРФ село покинули по ряду причин - новых "игроков" себе в состав они ищут там, где контингент помоложе, а "разведчики", то есть агитаторы из ЕР, дотуда сами не добрались. А зря - можно было бы перехватить процента полтора сверх наличного рейтинга. А то и поболее. Впрочем, электоральное чудо АПР может объясняться куда проще: эта партия стоит в бюллетене под первым номером. Соответственно, за нее могли проголосовать те, кто ни черта не понимает в политике, но был попросту загнан на участки в приказном порядке. Здесь можно было бы порассуждать о специфике "административного ресурса", которому на этот раз была важнее явка, чем тот или иной процент той или иной партии.

"Яблоко" оторвалось от СПС почти на процент. Тут свои гонки и свои счеты. Есть основания полагать, что и голосов за "Другую Россию", то есть просто специально испорченных бюллетеней, вряд ли больше. Если сложить вместе всех "обиженных" - 1,3% (СПС) + 2,2% ("Яблоко") + 3,5% (допустим так - "Другая Россия"), - вот и получатся искомые 7%. Но здесь, похоже, тот случай, когда либеральное целое меньше суммы частей либералов.

А так - все эти "явочные" голоса будут "распилены" между победителями. Или, вернее, присвоены Победителем.

The Winner Takes It All.

Борис Межуев, заместитель главного редактора журнала "Смысл"

Единственная сенсация этих выборов - попадание в Думу СР. В целом, конечно, это неудивительно, но по уровню избирательной кампании, которая в основном состояла из провалов, можно было скорее ожидать, что она не пройдет в Государственную думу, чем то, что она будет в ее составе. Тем не менее она проходит, по крайней мере пока, судя по данным exit polls. Это, конечно, говорит о том, что есть возможность создания левоцентристского блока в Думе, если КПРФ и СР смогут и захотят договориться.

Кроме того, на что мне хотелось бы обратить внимание, - это относительный успех "Аграрной партии России". Несмотря на то, что, по всей видимости, она не попадает в Госдуму, она тем не менее набирает неплохой для себя процент. Про нее все как-то подзабыли, а оказалось, что она все-таки существует, и, в общем, довольно активно. Это свидетельствует о том, что многие за нее голосовали просто как за силу, пассивную и не участвующую в разнообразных конфликтах, которые шли последние две недели. Многие люди, с которыми я общался, голосовали за "Аграрную партию" (среди москвичей, кстати, что удивительно, поскольку "аграрии" - это все-таки партия села) по причине именно ее незаметности. Она много не шумела за время избирательной кампании, вела себя тихо.

В остальном все более-менее предсказуемо. В первую очередь ожидаемый результат ЕР. Если пройдет СР, это будет удивительно, хотя я все-таки ожидал, что они в Думу попадут, несмотря на огромные минусы избирательной кампании, которую в целом можно назвать сплошным провалом. Судя по всему, многие люди, в том числе либерального мировоззрения, которые понимали, что ни одна из либеральных партий в Думу не проходит, выбрали СР как единственно возможную силу, за которую они могли отдать свой голос, сознавая, что только так они могут хоть на что-то повлиять своим волеизъявлением.

В общем и целом это хороший результат для СР. Если политическая эволюция СР пройдет спокойным, предсказуемым путем, то у нас есть неплохие надежды на то, что возникнет вторая левоцентристская партия, которая на следующих выборах сможет как-то повлиять на расклад ситуации.

Сергей Кара-Мурза

Выборы прошли так, как предполагалось, и сами по себе не требуют комментариев. И все же это веха, которая оправдывает взгляд назад и вперед. Я вижу дело так.

За 90-е годы мы свалились в яму, которая оказалась "исторической ловушкой" - системой порочных кругов. Внутри нее есть трясины и кочки. Мы могли угодить в трясину и уже захлебнуться. "Бригада Путина" вывела нас на кочку. Это большое достижение, оно и объясняет результат выборов. Более того, нам в эту яму свыше была брошена пачка нефтедолларов. Ее разделили, по мерке 90-х годов, сравнительно гуманно - пребывание на кочке стало даже слегка комфортным (особенно если закрыть глаза). Избиратели это тоже оценили. Они проголосовали за то, чтобы эта стабильность и этот комфорт продолжились еще хотя бы один срок. Решение разумное - ввиду наличия трясины и вождей, которые нас туда наверняка потянули бы при ином (гипотетическом) раскладе.

Из этого следует вывод не просто тяжелый, но трагический. Уже восемь лет, как мы выскочили из удавки ельцинизма, но единственно верным решением при выборах оказывается продолжать сидеть на кочке. Пытаться двинуться на поиски пути, выводящего нас из ловушки, слишком опасно. Нет организованной и авторитетной силы, которая предложила бы такой путь с шансами на успех. Кризис нашей культуры, мировоззрения, сознания и воли оказался гораздо глубже, чем думали. Паралич.

Может ли кто-то сказать, что "Единая Россия" стала той интеллектуальной лабораторией и духовной силой, которая способна соединить население в народ общим проектом? Думаю, никто такого сказать не может, никто и не говорит. Мы перед очевидным фактом: голосовать людям приходится за партию, единственное достоинство которой - консервация. Даже последние ее попытки проявить инициативу (например, "Русский проект") подтвердили это. Служит ли эта партия хотя бы теплицей, где лелеют ростки нового, где возникают сгустки новой мысли, нового языка и новой логики, адекватных нашему кризису? Нет, не служит. Нет этих ростков и сгустков, как ни старайся их найти и им чем-то помочь. Ведь это проблема национальная, многие постарались бы помочь, невзирая на политические расхождения.

Это состояние всего политического "собора", который Россия делегировала в рамках нынешней системы для решения нашей судьбы. Попробуем пробежать мысленно по всем его группам и закоулкам. Попробуем пересказать своими словами то, что исходит от них в эфир. Веет холодком гибели. Такого отсутствия связной мысли, думаю, в России не было за всю историю. Фразы, которыми нам греет душу В.В.Путин, не в счет, инженерного содержания они не несут, они именно "греют душу".

Наша кочка погружается. Медленно, но неумолимо. Безнадежность уже в том, что даже представить себе невозможно кабинет, где, как в КБ, рассчитывали бы и конструировали систему, способную вытащить нас из ямы - без всяких "ценностей", а с жесткими понятиями и надежной мерой. У нас уже нет людей такого типа. Мы еще надеемся, что они сидят где-то в Генштабе, в администрации президента, в Академии наук. Нет их. Если бы были, мы бы как-то их увидели. Стабильность обманчива, массивные процессы движутся шагами Каменного гостя. Никто этого даже не отрицает.

Вот знак беды: проект СПС сознательно отвергнут почти всем населением, но все программы нашей жизни пишутся в ГУ "Высшая школа экономики" под надзором Ясина. На что же надеяться?

Продление власти "бригады Путина" - это отсрочка катастрофы. Еще можно заговорить на языке реальности, но уже требуется чудо.

Егор Холмогоров, публицист

Результат выборов оказался весьма предсказуем. Именно в этом и состоит их главная сенсация. Поскольку все последнее время противники ЕР, представители разнообразной оппозиции, достаточно громко и шумно кричали о массовом недовольстве, о том, что предвыборная кампания ЕР всех раздражает, что будет массовое протестное голосование и т.д., совершенно не совпадает с данными exit polls.

Те результаты, которые мы видим, и у меня нет никаких особых оснований сомневаться в том, что эти результаты будут близки к тем, которые мы получим в результате итогового подсчета, показывают, что никакого сколько-нибудь массового протестного голосования, вышедшего за пределы "тусовки", не было вообще. Потому что результаты КПРФ полностью совпадают с их результатами последнего времени. Меня даже удивляет, насколько они низкие.

Результат разных партий, которые позиционируют себя как демократические, на удивление низки: 1,2% и 1,4% за "Яблоко" и СПС - это очень низкий результат. Это реально значит, что либо те, кто не поддержал ЕР, по большому счету, то есть за пределами стандартных электоратов тех или иных партий, не пришли на выборы вообще, либо на самом деле никакой столь уж массовой неподдержки ЕР, даже в оппозиционном электорате, не было.

Тем самым те задачи, которые ставились перед этими выборами, которые объективно стояли перед ЕР, - это получение достаточно устойчивого, близкого к конституционному большинства, это получение достаточно массовой поддержки тем инициативам, которые выдвинул в последний год Путин, - достигнуты. Это действительно хорошая, надежная, убедительная победа, которая не дает оснований для разночтений.

Можно, конечно, бесконечно говорить о том, что все сфальсифицировано, придумано и т.д., но в данном случае это будет ничем не подтвержденный, пустопорожний разговор.

РЖ: 62,3%, полученные ЕР, по данным exit polls, - их достаточно для получения конституционного большинства?

Е.Х.: Дело в том, что конституционное большинство составляет 66,6%. Не будем забывать, что сейчас почти 9-10% голосов партий-аутсайдеров будут делиться между победителями. Если общая сумма голосов партий-аутсайдеров будет в районе 8-9%, то 60% от этих 8-9% дадут ЕР в итоге результат, очень близкий к конституционному большинству. Либо чуть больше, либо чуть меньше. В любом случае это очень устойчивая позиция в новой Думе. А если учесть, что партии, так или иначе политически ориентированные на Кремль, и ЛДПР и СР, в Думу проходят, то понятно, что степень стабильности и провластной ориентированности новой Думы будет достаточно высокая.

РЖ: А как бы вы оценили процент СР? Несмотря на многочисленные прогнозы, они все-таки попадают в Госдуму.

Е.Х.: В общем, это было достаточно ожидаемо. Но назвать это блестящим результатом я не могу. Тот электоральный потолок, которым обладали партии, из которых была составлена СР, - "Родина", "Партия пенсионеров", - был значительно выше. Результат СР мог бы быть значительно лучше, что свидетельствует о том, что СР вела не очень эффективную кампанию. С другой стороны, там достаточное количество достойных людей, например Наталья Алексеевна Нарочницкая, и я очень рад, что политики этого спектра будут в новой Думе, поскольку их голос достаточно важен.

Константин Крылов, главный редактор сайта АПН

Мое самое острое впечатление от состоявшихся выборов состоит в том, что они были чрезвычайно хорошо организованы. В том смысле, что результат этих выборов был связан именно с их организацией - в большей мере, чем со свободным волеизъявлением граждан. Масштаб пропагандистских, организационных и иных усилий, предпринятых властями Российской Федерации для достижения нужного результата выборов, можно назвать беспрецедентным.

Что касается значения выборов. Несмотря на все эти усилия, большая часть граждан РФ, имеющих право участвовать в выборах, либо не пришли на избирательные участки, либо проголосовали за иные партии, нежели ЕР. Это было типичным протестным голосованием, о чем свидетельствует хотя бы то, что некоторые мелкие партии, например "Аграрная", никогда не получавшая, допустим в Москве, сколько-нибудь значимого процента голосов, все-таки набрала около 3%, то есть получила небольшое, но значимое количество голосов в свою поддержку.

По большому счету, российское гражданское общество сейчас консолидируется в своем неприятии ЕР и ее руководства.

Что касается темы фальсификаций, то пока об этом рано говорить, но, судя по всем данным, которые сейчас поступают, их масштаб опять-таки был беспрецедентным. Я думаю, очень скоро начнутся публикации конкретных сведений о том, как, когда и каким образом были вброшены голоса за ЕР. Более того, общественное мнение, скорее всего, будет относиться к такого рода данным с доверием, даже если они не будут подтверждены.

Так что данные выборы действительно имели большое значение для российской политической жизни. Большое и, осмелюсь произнести это слово, положительное. Общество действительно начинает обретать себя. То, что это происходит на негативной основе, не может не печалить. Но это лучше, чем всеобщая политическая пассивность.

РЖ: Говоря о "протестном голосовании", вы основывались на данных явки?

К.К.: Я основывался на данных явки и данных exit polls. Собственно говоря, на данных о том, сколько процентов народа проголосовало и сколько из проголосовавших отдали свои голоса за иные партии, нежели ЕР. Если суммировать не пришедших на участки и проголосовавших против ЕР, то получается большинство. При этом в данном случае нужно четко понимать, что непришедшие не пришли вполне сознательно. Потому что все усилия для того, чтобы люди пришли, были предприняты. Это не тот случай, когда можно говорить о том, что люди поехали на дачу копать огороды и т.п. Непришедшие не пришли именно потому, что не захотели прийти, а не потому, что нашлись другие дела.

РЖ: Получается, система будет нелегитимной?

К.К.: Утверждать о нелегитимности системы в том плане, что данные выборы ее отменят, неправомерно. Почему же? У системы есть некий запас прочности, некий запас доверия. Но, как показывают данные выборы, во-первых, этот запас доверия истощается, причем истощается гораздо быстрее, чем думали архитекторы нынешней политической системы, и, во-вторых, складывается новый мощный политический тренд, которого до сих пор не было. Например, оппозиция была, в общем, раздроблена, грызлась между собой. У них не было мощного и единого врага, против которого выступали бы все. Сейчас благодаря гигантским усилиям власти, именно гигантским, такой враг может появиться. Это можно назвать неприятием ЕР как новой единой партии, как новой КПСС, причем КПСС, лишенной всего того хорошего, что было у КПСС настоящей.

Как гражданина, а не как политика меня это даже тревожит. Я очень хорошо понимаю, что такое общество, в едином порыве устремляющееся не к чему-то положительному, а прочь от чего-то. Это в нашей истории уже было, причем не так давно. Именно поэтому процессы, происходящие сейчас в оппозиционном лагере, очень важны. Конструктивность настроя оппозиции в дальнейшем предопределит политическую судьбу России на ближайшие десятилетия.

РЖ: По вашему мнению, оппозиция в России осталась полностью за пределами Думы?

К.К.: Все то, что попало в Думу, как и планировали те, кто сделал эти выборы, не являются оппозицией. Да и Дума уже давно превратилась из законодательного органа в, если угодно, не самый важный отдел администрации президента, где проштемпелевывались решения, принятые в администрации.

Поэтому само по себе присутствие в Думе уже давно лишилось политического измерения, и в этом отношении можно сказать, что ее нынешнее превращение в отдел администрации уже практически формально ничего не изменил в смысле принятия решений. Они не принимались в Думе достаточно давно. Сегодня же исчезли последние иллюзии по этому поводу. С другой стороны, люди, вытесненные за пределы политического процесса, куда попали даже старые демократические партии, которым всегда, хотя бы в силу признания прошлых заслуг, давали поучаствовать в думском спектакле, начинают отвечать асимметрично. Каков будет асимметричный ответ общества на действия власти, сейчас можно только гадать...

Максим Кононенко, кандидат в депутаты от партии "Гражданская сила"

Ситуация ровно такая, как ожидалось. Интрига состоит только в том, попадет СР в Думу или не попадет. Из попадания в Думу ЕР, КПРФ и ЛДПР никаких выводов сделать нельзя. Из попадания или непопадания в Думу СР можно делать разнообразные выводы и анализировать все остальные результаты. Если СР попадает, значит, у СПС голоса были отобраны. У меня есть такое ощущение.

РЖ: СР отобрала голоса тех партий, которые считаются либеральными?

М.К.: Здесь дело совершенно не в электорате. Это не электоральный вопрос. Это вопрос административный. Мы делаем изначальное допущение, что выборы нечестные. Кажется, что нет никаких оснований считать их честными, потому что сообщений о нарушениях очень много. Соответственно, выборы не честные, а технологические. В этом, кстати, нет никакой особой проблемы, потому что выборы в России никогда не были честными: ни в 1996 году, ни в 2004-м. Допустим, что они такие и сейчас. Если мы предполагаем, что выборы технологические, тогда мы обращаем внимание на индикаторы, как на биржевом рынке. В данном случае индикатором является прохождение или непрохождение партии СР, потому что фактически мы понимаем, что она пройти не может. Технологически мы понимаем, что она пройти должна. Если СР попадает в Думу, тогда мы понимаем, что технологический ресурс большой и, значит, СПС не пройдет.

РЖ: Как вы оцениваете результат "Гражданской силы"?

М.К.: Результат "Гражданской силы" в общем я оцениваю как адекватный. Адекватный состоянию электората. "Гражданская сила" - это буржуазная партия. И несмотря на то, что подавляющее большинство страны хочет жить жизнью буржуазии, оно не готово признаться самому себе, что они буржуазия, и хотят жить, как буржуазия.

Я приведу хороший пример. Мой свекр, человек совершенно коммунистических убеждений, сегодня, придя на избирательный участок и увидев мою фамилию в бюллетене, проголосовал за "Гражданскую силу". Это говорит как о стоимости голосов коммунистических, так и о стоимости голосов буржуазных. Люди голосуют за родственников, за сиюминутные позывы. Люди не голосуют за то, как они хотят в будущем жить. В этом вся проблема.

В этом же проблема СПС. Партия, которая спекулирует на том, что мы все будем жить хорошо, на самом деле партия карьеристов. Или ЕР - партия чиновников, которая выигрывает только за счет того, что обещает людям: завтра все будет так же, как сегодня. Получается, что если у тебя сегодня все хорошо, то и завтра будет все хорошо. То есть политического процесса нет. И это естественно просто потому, что нет жизненного опыта. Поэтому, честно говоря, результаты выборов не важны. Важно то, что будет через десять лет.

РЖ: Можно ли говорить о сегодняшних выборах как о победе, и если можно, то о чьей победе?

М.К.: О сегодняшних выборах можно говорить только как о необходимом рубеже в политической жизни, которые мы должны перешагнуть. Мы перешагнули рубеж в этих выборах. В стране не изменилось ничего.

Дмитрий Орлов, генеральный директор АПЭК

Русский журнал: Как бы вы оценили результаты exit polls?

Дмитрий Орлов: С моей точки зрения, полученный ЕР результат - это, во-первых, победа президента, который превратил выборы в референдум, который своим решением возглавить список ЕР переломил ход избирательной кампании, создав совершенно другие социологические коридоры. Во-вторых, это победа идеологических партий, тех, у которых есть ясное лицо, которые не увлекаются, как СПС, постмодернистским смешением идеологических конструктов, которые обратились с ясным посланием к избирателю.

Exit polls - верить или нет?

Олег Гимазов, заместитель председателя центрального комитета ДПР

"Русский журнал": Насколько ДПР удовлетворена цифрами exit polls?

Олег Гимазов: Данные exit polls невозможно рассматривать в качестве серьезного социологического исследования: слишком противоречивы, слишком маленькая выборка, слишком мала квалификация проводящих опрос на местах.

Мы ждем официальных результатов.

Вместе с тем считаю недопустимой ситуацию, при которой результаты exit polls были растиражированы по всему интернету на сайтах, зарегистрированных не на территории нашей страны.

Но, повторяю, итоги выборов будут отличаться на порядок от любых подобных опросов.

РЖ: Каковы политические перспективы вашей партии?

О.Г.: Вне зависимости от итогов выборов мы продолжим продвигать нашу инициативу о вступлении России в Евросоюз. Забегая вперед, отмечу, что мы намерены принять самое активное участие в предстоящих президентских выборах в марте 2008 года.

Андрей Громов, редактор отдела политики журнала "Эксперт"

"Русский журнал": Как бы вы оценили результаты exit polls, опубликованных на сайте вашего журнала?

Андрей Громов: Как и написано на сайте: никаких неожиданностей. Другое дело, насколько можно соотнести данные exit polls с особенностями предвыборной кампании. Еxit polls - это то, что люди сказали на выходе. И полученные данные очень сильно совпадают с тем, что люди говорили, судя по соцопросам, во время предвыборной кампании, с тем, что прогнозировал тот же ФОМ и другие конторы, исходя из опросов общественного мнения.

Но вопрос, насколько данные exit polls совпадут с итоговыми данными выборов, в данном случае не существенен. Вообще, ФОМовские опросы обычно совпадают с итогами. То, что они проведены корректно и профессионально и выборка правильная, - это факт. Единственное, что может сказаться на окончательных итогах этих выборов: например, если человек проголосовал за СПС, то, вполне возможно, он не захотел бы сказать об этом при опросе на выходе с участка. В любом случае - радикальной поправки не будет. Может быть, чуть больше у СПС, чуть меньше у СР. Но по большому счету - абсолютно никаких сюрпризов. Все вполне соответствует данным опросов последнего времени.

РЖ: Но для СР, как и для ЛДПР, небольшое уменьшение может оказаться критичным.

А.Г.: Совершенно верно. Одна из партий может выпасть. Две - невозможно. Все-таки ФОМовские exit polls - это качественные exit polls с точки зрения социологии - по материалу, по выборке. Насколько я помню, у ЛДПР - 8,4%, а у СР - 8,3%. Действительно, может быть ситуация, в которой 8,3 превратится в 6,8. Точных гарантий exit polls не дают. Но, скорее всего, будет меньше на пару процентов у ЕР и больше на 2-3% у СПС. Мой опыт работы с exit polls ФОМа показывает, что кардинальных изменений не будет.

И пожалуй, самое главное в этих данных exit polls - практически невероятна ситуация, при которой ЕР не получает конституционного большинства.

РЖ: Процент, набранный ЕР, по данным exit polls, можно считать более-менее окончательным?

А.Г.: 62% - да. Даже если при окончательном подведении итогов в Думу попадают три партии, все равно они набирают так немного, что у ЕР будет уверенное конституционное большинство. Пятая партия, которая могла бы не дать ЕР получить конституционное большинство, в парламент не попадает. Может быть, по окончательным итогам конституционное большинство ЕР будет чуть менее уверенным. Но это несущественно.

Единственное важное обстоятельство, которое может повлиять на определенное расхождение данных exit polls и окончательных данных, - это излишнее нагнетание ситуации во время предвыборной кампании. У многих людей в результате могло появиться впечатление, что ЕР - это новая КПСС. Некий страх. Из-за этого люди могли проголосовать за одну партию, а сказать, что проголосовали за другую. Но это все равно не 50%.

Если exit polls будут очень сильно отличаться от данных реального голосования, тогда катастрофа. Чем больше они будут отличаться, тем больше будет вина тех, кто нагнетал ситуацию.

       
Print version Распечатать