Глобальное протестное движение во всех его многогранных проявлениях на локальном уровне, очевидно, способно стать постсекулярным ответом секулярной ереси глобального капитализма и его политических спонсоров.

Не поняв характера российских элит и того, как тандем Путин-Медведев влияет на них, мы не сможем объяснить массовые антипутинские протесты и демонстрации обеспеченных и элитарных слоев населения.

История, о которой пойдет речь, особенно актуальна после прошедших выборов. Мораль ее в том, что с мафиозностью власти, с коррупцией и несправедливостью можно и нужно бороться.

Проблема РГГУ заключается в том, что мы не можем жить в духоте невыразимости скрытых конфликтов или в пассивной оправданности этой скрытности. Мы не можем жить так, как если бы нам было по силам то, что было по силам еще нашим родителям – не выражать себя.

Кавальере – олицетворение итальянской dolce vita, которая, конечно же, вариант American dream. Весь комплекс берлусконизма – смесь поводов завидовать и индульгенции жить как хочется, раз уж так позволяет себе жить сам премьер.

Курёхин мочил Собчака в расцвете сил, Невзорова в расцвете сил, Ельцина в расцвете сил. То есть, был реально без тормозов. Эта ниша теперь пуста. Я жду человека, которого пустят в "Закрытый показ" на Первый канал и который за минуту выскажет все, что думает.

На начальной стадии средний класс бегает по баррикадам, выкрикивает лозунги и поднимает нижний класс на правое/левое дело. Однако в тот момент, когда у миддла начинают что-нибудь отнимать, он внезапно прозревает.

Если не выходит по закону, то нужен Вася-Совесть, конкретно. И, кто знает — может быть, такие как он уже есть. Если такой человек придуман, вполне вероятно, что он уже существует.

Сегодня тот, кто обслуживает буржуа, берет лозунги и плакаты тех, кто всерьез боролся против рыночного неравенства, электорального спектакля и прочих прелестей торгового строя, и заставляет эти лозунги и плакаты работать на противника.

Врубель и Тимофеева убеждены: GAP – это современная революция. А революция, как известно, делает невозможным существование старого порядка вещей.

Актуальное в 1992 году размышление "что же будет с Родиной и с нами?" посещало всех поголовно. Но прозвучало оно как прозвучало: и для тех, кто "долетел" до своего "ответа" в эмиграцию, подальше от беспредела, неустроенности и невостребованности, и для тех, кто "доползал", оставшись дома, собирая по крохам развалившуюся жизнь.

Время не ждет, как пел когда-то Шахрин. 24 сентября стало вехой для тех, кому 50-60 лет. Они понимают, что другого времени уже не будет в их биографии, самое время подумать о вечном: кем останешься в памяти народной.